Это что, фильм про Путина? Шесть причин, почему «Дело Собчака» никто не поймёт

Культ • Настя Рогатко
Ксения Собчак с режиссером Верой Кричевской сняли фильм про мэра Питера Анатолия Собчака. Мы посмотрели ленту в SilverScreen и остались глубоко поражёнными. Оговорюсь сразу: при умелом неспешном монтаже это была бы хорошая ностальгическая телепередача. Но это плохой документальный фильм, потому что в него пытались заложить идеи либералов, но этого никто не заметит.

Анатолий Собчак был очень ярким мэром Санкт-Петербурга, который, по большому счету, мог бы претендовать на пост президента России. Это был настоящий демократ, который казался современникам «слишком смелым» – поэтому он и попал под травлю политтехнологов, получил инфаркт и умер в гостиничном номере Калининградской области в 2000 году. Многие до сих пор спорят, было это заказное убийство или естественная смерть. Важная деталь «Дела Собчака» и вообще в его судьбе – Владимир Путин, который тогда, в начале девяностых, был помощником Анатолия Александровича. Он даже подал рапорт об отставке из КГБ после выступления Собчака с осуждением ГКЧП после августовского путча. Погружать всю эту историю в рецензию мы не будем – это было бы слишком амбициозно. Но так же амбициозно было попытаться уложить все свои идеи в фильм, который хотелось назвать документальным. И вот шесть причин, почему.

Во-первых, Путин

В фильме его настолько много, что можно рассмотреть лицо президента России крупным планом и понять, что слухи об инъекциях для сохранения молодости – не слухи. Во-вторых, о нем говорят и тут, и там. После проигрыша на губернаторских выборах в Питере, преследования командой «от Ельцина», травли в газетах у Собчака капитально сдало здоровье, было два инфаркта. Путин в то время под угрозой своей карьере вывез Анатолия Александровича в Париж на операцию.

Анатолий Собчак и Владимир Путин

Это большой поступок, вся семья Собчака его будет помнить до смерти, и все герои фильма подтверждают это геройство. Но в итоге фильм выглядит как хронологически выверенная история, кульминацией которой становится спасение Собчака Владимиром Владимировичем – и слабый намек на становление «Дарта Вейдера» в будущем. Анатолия Александровича не стало в тот год, когда Путин сделал его своим доверенным лицом для выдвижения на пост президента. В конце фильма жена Людмила Нарусова говорит, что останься он в живых – ему было бы очень больно наблюдать то, куда молодой, преданный и очень трудолюбивый Владимир Владимирович привел страну. Но это все равно останется на втором плане.

Во-вторых, это вообще не документальный фильм

Это снятый на камеру вечер памяти Собчака с кучей приглашенных звезд, которые (все без исключения) признают в мэре Санкт-Петербурга важного лидера, очень смелого человека, настоящего бойца и вполне интеллигентного политика. Многие даже признают, что он был слишком «питерским» и слишком самостоятельным – таких в российской политике не жалуют, рано или поздно они становятся слишком неудобными. Взрослые мужчины из силовиков, администрации президента, из бизнеса и информагентств встречаются, чтобы поностальгировать о времени, когда телевизор еще был настоящий, когда люди выходили на улицы протестовать и их слышали, и когда после распада Союза был шанс вырастить демократию и капитализм.

В чем проблема? В этом вечере ностальгии нет сенсации. Тот, кто хорошо погружен в контекст или даже был очевидцем, застал девяностые, слышал, как Собчак говорил с журналистами, не увидит вообще ничего нового. И про травлю, и про девальвацию рубля в сотни процентов мы знаем. Равно как и про то, какой мощью обладают политтехнологи и сколько денег бизнесмены могут давать на предвыборные кампании политиков из России. Это больше похоже на вечернюю телепередачу – где за большим столом важные люди поговорят о своем. Но если вам захочется разобраться, «как это было», лучше залезть в гугл – или даже почитать книгу экс-главреда «Дождя» Михаила Зыгаря «Вся кремлевская рать», это куда более захватывающее приключение. Да и не должны дочери снимать документалки о своих отцах, а вот телепередачи – пожалуйста.

В-третьих, от хронометража в два часа тошнит

Первый час ты выдерживаешь в порыве интереса к личности Собчака, еще полчаса стыдишь себя за неуважение к труду создателей и уговариваешь, что это просто сложная тема. Последние полчаса в кино откровенно страдаешь и понимаешь, что это типично журналистская история: автор написал текст, растянув удовольствие на 10 листов, влюбился в свое творение и не видит, что половину нужно вырезать, иначе материал невозможно будет читать. Ксения Анатольевна сделала большую работу – в фильме есть интервью очень, повторюсь – очень многих людей. Я упомяну неполный список: глава Службы безопасности Александр Коржаков, глава Нацгвардии Виктор Золотов (он вообще раньше интервью не давал), Дмитрий Медведев, Владимир Путин, жена Собчака Людмила Нарусова, политтехнолог Глеб Павловский, соперник Собчака на должность Губернатора Владимир Яковлев, дети Ельцина Татьяна и Валентин Юмашевы, Анатолий Чубайс. Это даже не половина списка персонажей, а только те, кого проще всего запомнить.

Из такого объема информации и героев впору делать серию роликов на Ютуб – это же благодаря Дудю стало так модно, да и появился бы шанс, что информация усвоится, причем широкой публикой. Но нам предлагают час и 57 минут перенапрягать вестибюлярный аппарат сносками с именами, пытаться сопоставить разногласия некоторых персонажей и понять, кто из них на какой стороне. Политика – это вообще вполне себе клоака, где каждый сам за себя. Но у режиссуры свои законы повествования, а «Дело Собчака» получилось неупорядоченным хаосом.

В-четвертых, он откровенно плохо «сделан»

И это даже странно, ведь режиссер Вера Кричевская – человек опытный. Когда-то с Натальей Синдеевой она открывала телеканал «Дождь», потом снимала язвительные ролики «Гражданин поэт», где Ефремов читал злободневные стихи Быкова. Все эти проекты могут похвастать хорошо выдержанным стилем. Но в этот раз она сняла фильм, который будто бы склепали на коленях из съемок абсолютно разных операторов-студентов. Хорошо выглядят кадры интервью с властьимущими, но плохой монтаж. Вроде бы есть попытка внедрить в фильм саму Ксению Собчак, но ее сняли непричесанной в каком-то свитере и в неприглядной обстановке поезда. Когда по хронологии начинается 1991 год, на фоне играет «Лебединое озеро» – предвестник того, что скоро будет рассказ про августовский путч, но это тоже выглядит не остроумно, а скорее слишком очевидно и топорно.

Все вырезки из газет в фильм вмонтированы вообще в инверсии – белыми буквами на черном фоне, важные цитаты выделяются красным бегущим маркером, и это все похоже на съемки НТВ двадцатилетней давности. Глаза режет, стиля не добавляет, сознание не успевает переваривать буквы на экране. В конце фильма нам вообще показывают кадры пустых площадей современной Москвы и Питера, но на эти съемки наложен звук гула толпы с протестов и маршей 90-х. Зачем? Чтобы показать, насколько в стране заглохла демократия? Ясное дело, что это так – но кинематографический язык и пафос остается на уровне сочинения одиннадцатиклассника. По хорошему, эти два часа нужно было нарезать на несколько серий по периодам или по связкам ключевых персонажей. Да к тому же стоило хотя бы затонировать отснятый материал в одном стиле.

В-пятых, Ксении Собчак слишком хотелось сделать «свой фильм о папе»

В интервью она рассказывает, что Невзоров не стеснялся говорить ей гадости про Собчака и Нарусову, а с некоторыми персонажами вроде Коржакова она не разговаривала сама – «слишком много вреда они наделали семье». В итоге мы получили картину, в которой создатели решили прыгнуть выше крыши Кремля и поставили себе слишком много задач. Тут и попытка очеловечить Собчака, который в этом не нуждается – те, кому надо, и так знают, кем он был. А для остальных и после просмотра он окажется интеллигентом, которого надо было защитить, пожалеть и помянуть.

Здесь была и задача сделать очень серьезное кино с людьми, которые распоряжаются целой страной – этот пункт еще более-менее удался, мы увидели «теневой менеджмент» России, но не успели его запомнить и оценить. Более того, это должен был быть фильм от дочери об отце – поэтому свою мать Ксения интервьюировала на в черной студии, как всех остальных, а дома за чашкой чая. Дочь босая сидит на полу, а мать на диване рассказывает, как за ней устанавливали слежку, пока Собчака оперировали во Франции. Людмила Нарусова могла бы рассказать куда больше, уменьшать ее значимость до роли кардебалета для фильма было просто жестоко. Ну и в конце концов, это должен был быть фильм-послание Владимиру Путину. Наверное, создатели надеялись, что он если не пустит слезу, то задумается о том, как его карьера начиналась, и куда теперь он завел целую федерацию. Но эти амбиции безнадежны.

В-шестых, этот фильм правильно прочтёт только пара сотен человек

И это самая большая проблема. Приближенные или заинтересованные смогут рассмотреть в смутной концовке и попытках аллегорий историю о потерянном свободе общества. Все остальные увидят, как демократия развалила вообще всё. Народ перемены не любит, потому что в это время он голодает и переживает бешеные дефолты (об этом в фильме тоже есть). Зато народ любит стабильность и порядок, а наученные опытом люди теперь точно знают: лучший способ жить спокойно – закручивать гайки. Тогда тебя никто не обманет, не обворует и не предаст, как Собчака. Россия извлекла урок и надела на себя колодки ради того, чтобы больше не было, как 90-х. И вы сами знаете, кто символ этой «победы».

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Это настоящая цензура!» Почему концерты зарубежных музыкантов без объяснений запрещает какой-то Худсовет

Культ • Николай Зуенок
Чиновники говорят, что цензуры в Беларуси нет, но не пропускают на концерты в Минске даже топовых мировых музыкантов уровня Die Antwoord. Промоутеры понимают, что цензура есть, но либо возят только «богоугодных» артистов, либо с третьего раза добиваются гастрольки для «Пошлой Молли». KYKY разговаривает с организатором концертов Иваном Коневегой – о том, как устроен бизнес привоза артистов изнутри и кто эти люди, которые запрещают нам слушать то, что мы хотим.
Популярное