«Легализовывать это нельзя!» Три откровенных монолога проституток

Секс • Е. Долгая, А.Диченко
Мы пообещали каждой героине, что не будем отправлять эти сведения структурам МВД. Это позволило нам задать множество «неудобных» вопросов, посвященных, главным образом, бытовым деталям проституции. Самой младшей нашей героине нет и 18 лет. Самой старшей – 23 года, поэтому Страшно представить реальное количество людей, вовлеченных в этот бизнес. Имена и локации скрыты по просьбе героинь. Редакция просит читателя воспринимать этот текст как истории и мнения трех конкретных девушек и не делать по ним вывод обо всех женщинах, которые занимаются проституцией.

Первая героиня, 18 лет. Родом из Гомеля, живет в Ростове

Я родилась в Гомеле, переехала в Ростов-на-Дону около десяти лет назад. Всегда жила бедно, особенно после переезда. Училась хорошо только в начальной школе, потом как-то все полетело в тартарары. Лет с 14 начала пить и курить. Потом узнала, что у меня психическое расстройство – биполярка. Тогда же и познакомилась с лучшей подругой, с которой пришли в эту индустрию вместе. Биполярное расстройство очень пагубно влияет. Плюс у меня зависимость от одного аптечного препарата и это все только усугубляет дело.

Как пришла в профессию... Это было спонтанное решение. Изначально было любопытство и жажда легких денег. Просто опубликовала свою анкету на стороннем сайте с фотографией и номером телефона, так и пошло-поехало. Я была первой, подруга не решалась долгое время. Первый раз мой был с американцем. Ужасно плох в постели. С женой и детьми приехал в командировку по работе. В общем, я разочаровалась тогда, поняла, что это того не стоит. Но последующие разы меня смогли переубедить.

Думаю, я хорошо начитана, со мной есть о чем поговорить, в сексе я также неплоха, у меня хорошее чувство юмора. Самооценка низкая, хоть я и стараюсь полюбить себя уже на протяжении лет четырех. Детей люблю только адекватных, сама их, конечно, не хочу, я чайлдфри. Также и с людьми. Увлекаюсь книгами, раньше писала стихи, люблю фотографировать. Самые счастливые моменты не могу сказать, я их просто не помню, последние полтора года у меня проблемы с памятью.

Я себя не люблю. Это идет из детства. После переезда меня начала избивать мать, называть шлюхой, жирной и так далее. Родители развелись, изменяли друг другу. Виновата в разводе я. Я рассказала все о матери отцу, ибо знала про маминого любовника, так и пошло-поехало.

Клиенты, бывает, просят тебя задержаться, при этом не доплачивая, приговаривая: «Ну что тебе стоит еще час, это же для тебя ничего не значит». Одни думают, что все девушки по вызову работают за деньги, другие – за идею или за секс, будто мы нимфоманки и только ради этого пошли туда. В таких ситуациях я просто отвечаю резко и строго, что у меня другой клиент или просто вызываю такси и уезжаю. Конечно, беру всегда предоплату, чтобы избежать случаев а-ля «у меня деньги на карте, пошли снимем, ой, почему-то нет, я потом тебе скину, все, пока».

Вовлекаюсь ли я эмоционально в процесс? Это зависит от отношения клиента ко мне: как он ведет себя в принципе, как разговаривает и каков в начале секса. Слушает ли меня, когда я говорю, что мне неприятно, больно. Больше половины клиентов зациклены не только на себе, но встречаются и такие, с кем разговор сводится до «повернись, хочу, чтобы ты была сверху, почему ты уже собираешься, у нас еще 20 минут» – и все.

Очень немного клиентов могу вспомнить, с кем секс мне запомнился, и я бы повторила. Наверное, штук пять.

Чаще всего мои клиенты – это мужчины от 33 до 45 лет, которые разведены или в командировке в другом городе. И просто хотят отдохнуть. Если откровенно, секс с ними плох, они глупы и посредственны, чаще всего приходится имитировать и оргазм, и вежливую улыбку.

Но я отлично отношусь к мужчинам, если это не стереотипные диванные аналитики, у которых единственная радость – банка пива да сигарета. Слава богу, у таких просто нет денег на девушек по вызову.

Не вижу смысла в легализации проституции. В России она, считай, «легализована» – за поимку полицией девушки платят штраф в три тысячи, что стоит один час работы, а потом она снова на дороге и катается по вызовам. Тем более, сейчас много феминисток и феминистов, если легализуют проституцию, я думаю, российских депутатов просто сожрут заживо и не подавятся.

Фото: Evelyn Bencicova

Я подвергалась насилию, но не работе. Лет в 10-11 до меня домогался дядя, но ничего не было, конечно, ему тогда было лет 14-15. Недавно, буквально пару дней назад, также до меня домогался друг мужчины моей матери (я живу с ними). Конечно, отпихнула его, но полицию не вызвала – была пьяной и просто уснула.

А клиентам я не отказываю. Когда нет времени или не хочется, или я знаю, что клиент в чистом виде м*дак – просто не приезжаю. Аборты делать даже не приходилось, всегда за этим слежу. Если что-то идет не так, принимаю таблетку экстренной контрацепции.

Явное сочувствие ко мне было только раз. Один клиент просто хотел, чтобы я переехала от родителей к нему, хотел помогать деньгами, но потом просто пропал. Агрессии и ненависти ко мне точно никто не испытывал.

Комфортный заработок для меня – это 50 долларов в день. Вообще я хочу высокооплачиваемую работу. Просто сейчас у меня все упирается в деньги, да и у всех практически, думаю. Еще хочу отдельную квартиру. Пусть, даже съемную. Хочу жить, не думая о деньгах.

Вторая героиня, 23 года, областной город в Восточной Европе

Началось все очень просто. Зарегистрировалась на известном на тот момент сайте знакомств, указала, зачем я там нахожусь – и все, пошло-поехало. Мне было 17 или 18 лет. Не помню уже. Что-то около того. Мой отец ушел, когда мне было года четыре и при этом он уже создал другую семью. Чувств не показывал, мог только денег дать, подарить. От брата он большего требовал, больше и давал, мне же сулил парикмахерское дело или сферу общепита, на чем не прогореть, при этом у меня аллергия на человеческий волос. Алименты платил, но на мое 18-летие, видимо, устроил себе праздник по их окончанию и никак не поздравил. Мы мало виделись, пару раз по телефону говорили, в детстве еще он приводил нас к нашим братьям и сестре, но не долго.

Самая неприятная история на работе была один раз, когда клиент давал понять, что я просто вещь для его удовлетворения. Не справляюсь? Позови подругу. Тебе некомфортно? Деньги заплачены, так что делай массаж ног, заваривай чай – в общем, голоса ты уже явно не имеешь. Но вообще если говорить про секс, то эмоционально я как-то вовлекалась в процесс, да.

Обычно клиенты приходят днем, и это молодые мужчины. Прилично одеты. На вид – до сорока лет. Бизнесмены, наверное. Не знаю.

Я категорически против легализации проституции. Я не против секса, но я за секс с уважением к личности, а такой трудно найти. Поэтому и против проституции. Еще я против того, как легко там оказаться. Я получала от людей мнения, что это нормально, – и это же ужасно. Лучше бы этого всего не было!

У меня очень много страхов. Но когда работала, выходить на улицу становилось все невыносимее, казалось, что каждый знает, откуда ты идешь и как зарабатываешь. Долгое время я не могла с этим ни с кем поделиться, так что я физически ощущала на себе камень и клеймо. Делилась этим только с близкими подругами исключительно женского пола, не знаю, смогу ли хоть одному мужчине такое поведать. Наверное, встречала не осуждение. Сначала я была рада, что меня никто не оттолкнул после этого, а теперь злюсь на них, что они не видят в этом ничего страшного, мол это был мой выбор.

К гинекологу очень редко хожу – надобности нет. Абортов у меня не было. Презервативами иногда пользуюсь, иногда нет. Не помню.

Один раз работала, навестила «крыша». Это был суровый и страшный человек, до этого он ударил девушку по лицу, потому что она воровала деньги, и это не первый раз и место, где она это сделала. Поэтому когда я ушла, у меня еще долго была паника, не будут ли меня искать и вовлекать обратно, угрожать.

Я сейчас в самых долгих моих отношениях, которые часто не могу таковыми назвать. Год с одним человеком. И только больше полугода ему не изменяю, так как с ним у нас нет секса, у него по этому поводу свои ценности.

Максимально у меня было 12 мужчин в день. В среднем – около пяти. Расчет идет за час работы. Максимум выходило 300 долларов заработать. График обычный, два дня выходных, остальные дни работаю и ночую там же. Всем говорю, что тусуюсь у подруги.

Фото: Benedicte Vanderreydt

У меня вся жизнь так сложилась. Просто ответственности нет, желаний, целей нет. Первое, что я о себе узнала, – моя сексуальность. И мне легче представить оргазм от власти над женщиной, нежели по любви. Я еще в 15 лет начала замыкаться и отдаляться. Сейчас трудно сказать. За помощью никогда не обращалась, но проблемы были уже в детстве. Кажется, что там я и застряла, во всех своих обидах. И сейчас уже не помню, как по-другому, как действовать, чего-то хотеть, делать и добиваться. Увы, все мечты я растеряла. Временами стараюсь думать, чего бы хотела, что мне интересно, но совсем перестала видеть пути достижения. Даже в проституции мечтаешь о сказке, что тебя заберут и обеспечат. Про обеспечение вообще для меня тяжело, так как до сих пор сама к деньгам не стремлюсь. Немного то парень подкинет, то родители. И эти слова «выйди замуж, раз не работаешь, не учишься, не знаешь своих стремлений»...

Третья героиня, 17 лет, областной город в Восточной Европе

Мне было 15 лет, я заканчивала 9 класс. Не могу назвать себя примерной девочкой, было желание стать «взрослой» и попробовать все. Подруга как-то раз позвала меня попробовать кое-что из запрещенных веществ. Я, повинуясь своему любопытству, согласилась. Придя на квартиру, я обнаружила ее с мужиком, оба полуголые и «веселые». В итоге этот мужик накачал нас, и что мы только там не делали... А через неделю он написал нам снова – предложил проституцией заняться.

Мы с подругой, которой на тот момент было 17, должны были обслужить группу мужчин. Они за это, как потом выяснилось, должны были заплатить 80 тысяч российских рублей, нам он обещал отдать по 20. Я отказалась, моя подруга согласилась. Когда он узнал о моем отказе, начался какой-то кошмар. Он начал меня вынуждать, уговаривать и намекать на шантаж. Но до органов правоохранительных это дело тоже дойти не должно, мне этот геморрой не нужен по прошествии нескольких лет.

Он писал и звонил, предлагал неограниченное количество веществ, если я соглашусь. Я поняла, что довольно часто девушки начинают заниматься проституцией не потому, что им деньги нужны, а из-за этого жесткого прессинга, который на них сваливается в подобных ситуациях. Девочки, которых он так вербует, помимо проституции, занимаются еще и продажей сами понимаете чего. И если им надоедает участвовать в групповом сексе и обслуживать мужчин, получая за это половину цены, он начинает шантажировать и грозится сдать их полиции за продажу. Видно, что опыта в этом деле у него много. Я никуда не обращалась, потому что мной руководил стыд и ощущение, что я сама виновата. Да и что сделает полиция? За курение сразу штрафуют, на комиссию вызывают, если ты школьник. А к таким вопросам они аккуратны. Этого мужика за наркотики не сажали, потому что он других им сдавал. Я вырвалась чисто усилием воли. Мне повезло, что он меня почти не знал. А иначе — могла бы и поддаться.

Сам понимаешь: 9 класс, выпускной, денег нет, а хочется платье, туфли, телефон новый.

Подругу оттуда вырвали обстоятельства, она тогда сильно заболела розовым лишаем, а дерматолог подозревал заодно ВИЧ-инфекцию. Ну, он ее и выкинул. ВИЧ не подтвердился.

Фото: Benedicte Vanderreydt

Раньше я думала, что проституция — выбор каждого. Но когда я столкнулась с этим так близко, я поняла, что это ужасно. Во-первых, это укрепляет в мужчинах образ женщины как некоей вещи, которую можно использовать. А секс превращается полностью в удовлетворение их потребности. По сути, ты либо платишь за услугу, либо «покупаешь» себе вещь и пользуешься ей на дому. И друзьям даешь попользоваться. Даже контрацепцию использовать не разрешали. Анализы он водил их сдавать регулярно, но вот с беременностями не заморачивался.

В моей практике было максимум три человека. Две девушки и один парень. А вообще клиенты смотрели на меня даже не как на животное, а как на, мать его, компьютер или бритвенный станок.

Заказать девочку на группу мужчин стоит 40 тысяч российских рублей. Девочки из этого получают по 25 тысяч. Но такие деньги – только за несовершеннолетних, я полагаю. Делаю такой вывод, потому что нигде я не слышала больше о таких ценах. В среднем до девочек доходит тысяч 8-9, большая часть идет «главе» этой помойки. Хотя, у нас небольшой город, средняя зарплата тысяч 15, для подростков работы нет, а тут такой соблазн за пару часов стыда и позора заработать 20 тысяч.

В современном обществе люди должны стремиться к развитию и быть способными достать себе пропитание другими способами. Тогда мне было тяжело, потому что я боялась, что он про это расскажет. А спустя время эта ситуация вызывала у меня такой стыд, что я смотрела на себя как на мусор, и жить мне не хотелось. И сейчас иногда это накатывает. Была депрессия, еще какая. Я винила себя, что докатилась до такой жизни. Но к мужчинам отношусь абсолютно нормально. Перестала вести беспорядочную половую жизнь, с кем попало не общаюсь, в сумке всегда отвертка и ключи в кармане. Есть мужчины, которым я очень доверяю. Но очень внимательно наблюдаю за отношением ко мне, если вижу хоть намек на то, что я для парня – вещь, сразу же обрываю все контакты с ним.

Но легализовывать это нельзя! Девушкам этой профессии я бы посоветовала взять себя в руки и сменить деятельность.

Многие из них умные и способные. И каждая может добиться успеха в чем-то другом. Вообще уважение в сексе – это когда партнеры прислушиваются друг к другу, когда секс – это что-то общее, выражение эмоций, а не просто коллективный онанизм. Я мечтаю поступить и уехать из своего города. Чтобы стать крутым биологом, получить ученую степень и ошарашивать мир крутыми открытиями.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«Моя мама знает – я сам ей рассказал». Интервью с порноактером из Беларуси

Секс • Тамара Колос
Интерес беларусов к порно несокрушим. Пускай нас штрафуют, судят за лайки, репосты, комментарии или интимные фото, мы все равно наблюдаем за нелегкой жизнью медсестер и сантехников на закрытых ресурсах. Более того, некоторые бунтари даже играют главные роли в фильмах «о любви». KYKY побеседовал с парнем по имени Владимир, который снялся в порнофильме, и узнал, каковы расценки для мужчин и женщин, почему во взрослых фильмах никто не предохраняется и получают ли актеры удовольствие от содеянного. Стилистика речи нашего героя сохранена в оригинале.